ПЕРЕМЕНА  КАЧЕСТВА

(вместо послесловия)

В июне 2008 года довелось побывать на Семипалатинском ядерном полигоне в Восточном Казахстане. Правильнее было бы назвать его испытательным, потому что это огромная экспериментальная площадка в степи, но повелось – «ядерный», все привыкли,  да и ошибки нет, так как    изначально полигон создавался для испытаний атомной  бомбы. Всего здесь взорвали 456 ядерных и термоядерных боезарядов, 116 – на земле и в воздухе, 340 – под землей. Атмосферные испытания продолжались 13 лет, последняя бомба рванула в степи в 1962 году, 46 лет назад. Последний подземный взрыв произвели в 1989 году. С тех пор полигон молчит, а 29 августа 1991 года он был закрыт, и случилось это ровно, день в день,   через 42 года после первого атомного взрыва.
В его эпицентре ничто не напоминает о бушевавшем здесь адском огне. Ложбина с зеленой травой, свист  степного ветра, палящее солнце, птицы в небе… А главное – нормальный радиационный фон. В Алма-Ате,  сказали дозиметристы, он выше…   Почти невозможно поверить, что этот  район степи, где прогремели первый атомный и первый водородный взрывы  Советского Союза, лет через 15-20 может  быть возвращен в хозяйственное использование  и стать заповедником, куда повезут  дрожащих от возбуждения западных туристов, или просто мирным пастбищем. Однако это так. Больше того: девять десятых когда-то  изъятой   из  тысячелетнего оборота земли можно вернуть уже через два-три года, нужных для дополнительной проверки. На карте полигона  эти угодья обозначены зеленым цветом. Красным закрашены  те,  что утрачены, кажется, навсегда. Розовым - те, на которые со временем повезут туристов – смотреть на обгоревшие приборные башни, на     искореженные руины бетонных дотов с завязанной в узлы стальной арматурой. Они  не выдержали ядерного удара. Они еще немного «фонят», но совсем немного…
Эта опаленная   людским безумием степь -    точная модель планеты через полвека после,  не дай Бог, ядерной войны. На   ней сохранилась жизнь –  дикие животные и птицы. Как они выжили,  как изменились? Что с ними произошло? Или не произошло ничего?.. Изучайте! Как поведут себя на возрождающейся планете домашние животные?  Запускайте стада коров, овец, лошадей,  если угодно, завезите кенгуру или  постройте свинарник. Можно ли есть мясо, пить молоко, использовать шерсть, кожу?..
Ядерный щит, ядерный меч выкованы. Совершенствовать оружие дальше бессмысленно. Ужасы взрывов, утечек радиоактивных газов, ядовитых выбросов кончились. Полигон  меняет качество на гуманитарное, гуманистическое. Он был жупелом, «страшилкой», предметом яростных атак общественности, символом экологической катастрофы, а может стать уникальной  лабораторией, всемирным достоянием, интеллектуальным центром,  где вырабатываются новые подходы к тяжелой, что и говорить, ядерной проблеме и создаются  безотказные технологии выживания.
Чтобы такое случилось, надо найти новый подход к самому полигону -  новый век требует новых подходов, но нащупать их совсем нелегко. Поэтому возникает соблазн вернуться на проторенную дорогу. Это просто, но неплодотворно.  Или соблазн запретить и забыть, «тащить и не пущать». Что ж, помня о Чернобыле, можно запретить АЭС, помня о Хиросиме – все ядерные исследования. А можно поступить как японцы, на чьи головы падали атомные бомбы. В Японии хватило решимости и ума сказать  бесповоротное «нет» ядерному оружию. В Японии достало мудрости и духа сказать «да» мирному атому. Япония, не забывая об ужасах Хиросимы, построила 55 АЭС. Зачем отвергать то, что проявило себя как зло, но что при новом подходе может стать благом,   изменив качество?
Возможность перемены качества полигона еще вчера представлялась совершенно немыслимым делом. Сегодня оно меняется буквально на глазах. Еще вчера Россия являла собой испепеленный полигон «демократических» экспериментов, где полыхала бандитско-олигархическая война за власть и собственность. Сегодня мы видим варианты изменения пути, перемены качества страны – в них  нет ничего невероятного, ничего невозможного.      На смену времени разрушать приходит время строить, заканчиваются ужасы испытаний - и ядерных, и социальных, и испытаний человеческого духа, и испытаний мужества, твердости и веры. 

Январь 2007 – июль 2008