ПРОИСХОЖДЕНИЕ ОБРАЗА

Луис Ортега: «Аромат истины    напоминает запах фиолетовых роз»

Свет гравюры чудесным образом соединяется с пространственной далью стихотворения.
Этими словами пытались определить суть творчества Луиса Ортега.


- Гравюра, отраженная в зеркале, превращается в стихотворение, -  говорит  сам мастер. - Стихотворение гравюрно, гравюра стихотворна. Ее роль в истории цивилизации удивительна.
- А какова роль гравюры в истории технологии? Историкам она, по сути, неизвестна.
-Изображение важнее слова во многих областях, например, в ботанике, астрономии, геометрии, архитектуре, о чем свидетельствует средневековая книга.
Гравирование знаков на заре истории явилось одним из первых – если не первым – проявлением культурологической манифестации сознания. Развитие гравированного рельефа привело к наскальной живописи, архаической скульптуре, иероглифическому письму, иконе; наконец, к первым, гравированным также на камне, гравюрам.
Гравюра стала высшим аспектом гравирования. Она стала важнейшим аспектом столь значительного  инструмента культуры, как книга. Часто гравюра была единственным способом регистрации и распространения знаний.
Принцип печати с гравированной формы породил идею репродуцирования, а затем – принцип сериальности, промышленной модели. С нею связаны: типография, граммофон, дагерротип, кинематограф, телевидение, компьютерная технология.
Можно сказать, что вся культура Европы создавалась и шлифовалась в грандиозной гравюрной мастерской истории. Культурологией пока еще не осознано уникальное значение гравюры в искусстве и в науке.
-Художник и поэт уживаются в Вас с философом, инженером, изобретателем, ученым. Скажите, они – то есть, конечно, разные грани Вашей личности – не мешают проявлению друг друга?
- Все они очень дружны (смеется). И все сидят на шее у художника. Но между ними есть сходство интересов. Все искусства и науки слагаются в общий натиск познания, противником которого является хаос. Хаос – это еще неизвестная структура. Мастерство есть извлечение гармонии из хаоса.
-Мастерство – могущественно?
- Благодаря  мастерству сознание мгновенно воспринимает идеи. Эта мгновенность восприятия во всей полноте, правда, невозможна в науке. Кроме того,  многие люди не воспринимают рациональный аспект идеи. Большинство женщин, например. Но есть более важная вещь. Мастерство вносит в подсознание даже такие идеи, которые человек понять не способен.
- Мастерство обостряет интуицию? Какова вообще ее роль в художественном, инженерном, научном творчестве?
- Интуиция важна, мало изучена. Обычные взгляды на ее природу несостоятельны.
Интуиция - не  третий род познания (по Спинозе), не оппозиция логике (по Бергсону), не мистический голос (по Кьеркегору), не единственный инструмент познания (по Лосскому). Гастон Башлар не прав,  считая  интуицию частью воображения.
Древняя традиция называет интуицию высшей познавательной способностью. Философия признает эмоциональную и интеллектуальную интуицию. Духовная способность человека – интуитивно-логический синтез – есть инструмент его творчества.
- Чтобы сознавать свое предназначение, творец,  будь то ученый или художник, должен изучать философию?
- У художников нет правил. Изучать философию не нужно. Это сохраняет веселье и розовые щечки. Правда, само творчество разоблачает художника: что он знает о мире, что думает о мире, какова экзистенциальная основа его творчества. За этими словами скрываются гносеология и онтология. Изучать философию нужно тем, кто ее понимает.
- Но понимают ее немногие. И, не желая вникать в философские премудрости, объявляют смыслом существования само существование, а целью жизни -  саму  жизнь.
- Наивность подобного взгляда несомненна. Но что скрывается за этой ошибкой? Если изучать философию в исторической длительности, она действительно утомительна и малоинтересна. Кроме того, она неудовлетворительна. Но если отделить от хлама значительные доктрины, то они увлекательны. Если же, благодаря таланту и проницательности, открыть ворота онтологии, то глубина знания волнует внезапно обнаруживаемые в себе пространства с огромной силой, и аромат истины, напоминающий запах фиолетовых роз, убеждает в чистоте переживания. То, что я сказал, - не лирическое отступление, но точно выбранные слова. Они малопонятны ленивым душам.
- В чем же  неповторимость аромата философского знания? Что, на Ваш взгляд,  оно может дать человеку начала ХХ1 века?
- Так много, что мне трудно здесь быть последовательным. Пожалуй, я расскажу об этом в форме эссе.
Человек нуждается в понимании цели своей жизни, которое    не могут  дать ему современные философские учения. Они слишком умозрительны. Но человек в силах постигнуть это сам, изучая древнее знание. Поэтому ценности онтологии делают персону воистину образованной и понимающей многие проблемы бытия. Это не просто так называемое технократическое образование, а знания, соединенные с любовью и великодушием, - нравственные знания, что особенно важно, скажем, для современного ядерщика или офицера, который сидит за пультом управления ракет. Кроме того, знание указывает  человеку его скромное место в мироздании, его социальные функции, значение культуры для развития его духа и свободы – полного, подлинного освобождения.
Это изменяет представление о смерти: с момента одухотворения время перестает быть для человека тягучей длительностью мира материи – временем, которое  отсчитывает приближение к смерти, к гибели. Начиная с момента одухотворения оно становится  духовной длительностью – это уже пространство, приближающее к спасению, а не к физической смерти. В корне меняется не только осознание цели жизни и назначения, но и смысла существования, открывающегося только при нравственном отношении к жизни. Этот императив обладает огромной потенциальной силой, потому что учит нравственному взаимодействию с другими членами социума, молитвенному отношению к труду, к своей профессии. Труд – это молитва, и одухотворение трудом-молитвой для каждой отдельной личности является самым главным процессом. Задумаемся, а что же самое главное для всего социума? Я отвечу на этот вопрос – несомненно, культурный процесс. И вот тогда мы сможем говорить о переменах не по указке президента, а о естественной эволюции к совершенно новому обществу.
-Мне показалось, что Вы противопоставляете древнее знание современному. Почему?
- Философская онтология представляет собою весь интеграл человеческой культуры, собственно говоря, сумму всех знаний, известных много тысяч лет. А что такое сегодняшнее понятие «наука»? Нечто, появившееся сравнительно недавно и сначала отрицавшее, высмеивавшее древние знания, а потом доказывающее их же, но уже объявляя своими открытиями.
Уместно вспомнить, например, об «Изумрудной скрижали» Гермеса Трисмегиста (по преданию, она была найдена Александром Македонским и имеет «возраст» более 11 тысяч лет). В ней сформулирована доктрина единства (уникальная в истории знания) и сходства строения Микрокосма и Макрокосма, а также симметрия этого космического принципа аналогии. Говорится о единстве материи, вводятся понятия поля и кванта, упоминается о ядерной энергии, неосторожное обращение с которой  может обернуться трагедией. Атомная энергия трактуется в «Изумрудной скрижали» как Загадка Космической Воли, а эволюция природы как Космическое Творчество.
Современные науки, в большинстве своем, - это специфическое и очень ограниченное знание, направленное на культ технических проблем. Всего лишь. Они лишены нравственности, всех органических функций самовоспроизведения. Значит, они не органичны, В них нет ничего человеческого. А вот прежде культура была сугубо человеческой, и никто пока не объяснил, почему развитие современной технической культуры идет по античеловеческому вектору, приводя к ужасающим результатам: к духовному опустошению, экологическим бедам…
Технократическое зрение пытается подчинить природу, относясь к ней враждебно. Это путь к гибели. Ошибка технократического взгляда в том, что он противопоставляет сущность человека сущности мира, не понимая их единства. Рационализм не вписывается в историю знания.
У науки свои методы, и если все древние, основанные на интуиции кодексы знания интегральны, то «новая» наука всего лишь частная формализованная система по сравнению с тремя известными сверхсистемами – Космосом, Сознанием и Искусством. Как частная система, она плодотворна в определенной области, но беспомощна в понимании сверхсистем. Неудивительно, что ученые всегда терпят фиаско, когда пытаются приложить свои хитроумные открытия к обширным и широким проблемам: частная система в принципе не может описать, познать сверхсистему. Поэтому появились новейшие науки, радикально отличающиеся от концепции Ньютона.
- Так называемая официозная наука как бы не замечает метафизику либо просто отвергает ее, не утруждая себя доказательствами, по принципу «этого не может быть потому, что этого не может быть никогда».
- Это было давно. В 30-е годы ХХ века ученые Германии попытались изгнать метафизику из науки, но потерпели фиаско. Но есть иные немцы: Хайдеггер, например, признавал метафизику основой всей философии.
Уже 60 лет военные центры многих стран настойчиво изучают метафизические системы, очевидно или предположительно с целью контроля сознания. В то же время рудиментарный официоз науки  иногда высмеивает или отрицает метафизику с целью дискредитации, нейтрализации или подавления независимых исследований. Паразитарная психология, увы, имеет место. Но большинство феноменов, которые изучаются без понимания онтологии, неосуществимы либо выходят из-под контроля. 
Нынешние ученые плохо знакомы с достижениями мировой культуры мысли,  даже с самыми глубокими, а это можно назвать ампутацией генетической памяти. Из великих физиков только лишь Паули изучал древнее знание, и то по настоянию своего друга, знаменитого культуролога Панофски. Однако последнее десятилетие ознаменовано значительным вниманием ученых всего мира к философским системам и нелинейным процессам, к новому взгляду на целостность и тонкие связи многомерной Вселенной.
Наука начала ХХ века  была близка к пониманию мира как окончательно ясной картины физико-химического устройства Вселенной по законам Ньютона. Во второй половине ХХ столетия, к великому удивлению ученых, появились многие реальные эксперименты, доказывающие нелинейную природу абсолютного большинства систем Вселенной. Возникли новые науки, лучше объясняющие феномен жизни. Хакен Эйген, Пригожин, Лавлок изучали новые структуры в процессе самоорганизации, внезапные изменения  в системах, нелинейную открытость систем. Затем появились новейшие теории: математика сложных систем, триалектика Гомеса, аутопоэсис Матураны, модели Лоренца, фрактальная геометрия Мандельбро, Теория Сантъяго (Матурана и Варела).  
Понимание онтологии невозможно без духовного подвига и восстановления целостности знания: спиритуального, художественного и логического. Современная цивилизация обнаруживает внутри себя  множество конфликтов, но не понимает основного и трагического конфликта: противоречия между плебейской культурой потребительского общества и онтологическими ценностями мировой культуры. Совсем не случайно уже два десятилетия ученые говорят о необходимости нетрадиционных технологий онтологического характера. Теперь они созданы. Фонд Ортега располагает несколькими лидирующими технологиями.   Это информационные технологии постсовременной или интегральной науки, для которой Вселенная есть единое  духовно-материальное событие.
-Удастся ли с их помощью отделить главное от второстепенного? Ведь мы тонем в море информации, объем которой лавинообразно нарастает.
- А с ним возрастает и уровень плебеизации культуры. Число типографских книг, например, увеличивается вдвое каждые семь лет. Но любой эрудит знает, как часто в книгах, старинных и современных, идеи повторяются. В среднем на 80 процентов. Возможно, таким образом человечество запоминает свои собственные слова, свой лепет. Реально корпус информации увеличивается медленно. Хомо Сапиенсы все больше отстают от мирового знания. По соотношению онтологии и репродукции (индекс Теиксидора), а этот критерий очень важен, человек первого века нашей эры значительно превосходит человека ХХ1  века. Человечество все больше забивает свои извилины чепухой.
Онтологические информационные технологии дают такое точное знание, что возможно будет пересмотреть многие ошибочные концепции, отправив таким образом на свалку горы информационного хлама. По данным Международной лаборатории параметров «АМАЛЬФИ», 71 процент  концепций и фактов из арсенала современной науки неудовлетворительны, из них 43 процента ошибочны, 28 процентов – недостаточно обоснованы.
- С возвратом к интегральному знанию уходит в прошлое  безнравственность науки, ее безразличие к добру и злу? Наука, создавшая оружие массового поражения, допустившая экологическое бедствие, безнравственна. Но это наука технократическая…
- Интегральная наука - сплав точного знания, философии, искусства -  не индифферентна в этическом плане. Использованию сверхтехнологий в недостойных целях препятствует не только безупречная нравственная позиция ученых, но и чувствительность самих технологий к этической стороне задания. Однако тело славы недостижимо познанием или добротворением. Об этом предупреждают Библия, Апостол Павел, Христиан Розенкрайц, Лютер. Знание и вера для творчества бесплодны, полагали Эль Греко, Шекспир и Джойс. «Древо познания есть древо смерти» - утверждает Библия. Духовная высота достигается личным духовным подвигом. Коллективного адептата не существует. Небесная траектория монады индивидуальна.