Содержание

ЕСЛИ  НАМ  СУЖДЕНО  СПАСТИСЬ…


Выживание стало нашей национальной философией. Выживает каждый, и каждый - в одиночку. Каждый за себя, один Бог за всех. Кроме как на него, надеяться не на кого: Российское государство не является гарантом выживания подданных. В нем каждый выживает в одиночку, но и умирает в одиночку. Человек толпы, которому лечение в приличной клинике или поездка к зарубежной знаменитости не по карману, гибнет молча, даже не сопротивляясь. Какое-то патологическое равнодушие к собственной жизни поразило нацию. Страшно сказать: она утрачивает коренной инстинкт - инстинкт самосохранения.
Но если инстинкт еще не утрачен полностью, то обязательно должны появиться структуры и люди, которые возьмут на себя задачу спасения. Они должны появиться просто по исторической неизбежности - если, конечно, нам суждено спастись.

Бесхозное наследство

Прообразом такой структуры была    Медико-биологическая комиссия, созданная в конце 1990 г. при Комитете Верховного Совета СССР по охране здоровья народа в рамках Всесоюзной ассоциации новых хозяйственных форм и социальных инициатив.
Ядро МБК составляла независимая группа ученых и специалистов, известных в стране и за рубежом своими открытиями и изобретениями прорывного характера в медицине, биологии, экологии. Они вошли в состав МБК, чтобы заняться следующим:
- разработкой рекомендаций по стратегии развития, приоритетному финансированию программ и проектов, представлением информации для подготовки законодательных и нормативных актов;
- независимой научной экспертизой предлагаемых важнейших программ, проектов, технологий и подготовкой заключений по ним;
- оценкой ранее принятых реализуемых программ и проектов на предмет актуальности, эффективности, экологической безопасности с целью корректировки либо отказа от них;
- разработкой предложений по открытию и финансированию лабораторий либо исследовательско-производственных центров на прорывных направлениях;
- изучением отказных заявок на научные открытия и изобретения и подготовкой объективных заключений по ним.
В "отвалах" Госкомитета по изобретениям и открытиям, подчеркивали члены МБК, покоятся десятки работ, достойных Нобелевской премии, способных положить начало эффективным альтернативным направлениям. Комиссия готова была взяться за тяжкий, но благодарный труд по перекопке "отвалов". А также за не менее трудную, крохоборскую задачу разумного перераспределения отпущенных на здоровье народа средств.
В декабре 1990 г. комиссия предложила для реализации более 20 альтернативных программ и разработок в области общей и инфекционной патологии, медицинской и ветеринарной, микробиологии, вирусологии, микологии, фармакологии, фармацевтики и химиотерапии, онкологии, гигиены, профилактической медицины. За год число программ возросло по меньшей мере втрое. К некоторым удалось приступить, и сейчас они выполняются, некоторые из начатых заглохли, а большинство осталось на бумаге. В конце 1991 г. МБК прекратила свое существование вместе с Верховным Советом  СССР. Проработав около двух лет, она оставила ценное наследство.
Кто бы мог стать его наследником? В 1990 - 1991 гг. программы, естественно, мыслились как государственные. Но это не значит, что реализовать их должны были только государственные структуры и только на государственные деньги. Выполнять программы могли и предпринимательские структуры. Недаром МБК создавалась в рамках Ассоциации новых хозяйственных форм и социальных инициатив и, по существу, являлась группой высококлассных экспертов, дающих бесплатные советы власти и прицельно направляющих усилия бизнеса в насущно необходимые обществу сферы. Рекомендации не устарели, здравоохранение, медицина, экология все так же ждут внимания предпринимателей. Законными наследниками МБК должны стать и власть, и бизнес.
В докладной министру здравоохранения РФ Э. Нечаеву и председателю Государственного комитета санэпидемнадзора РФ Е. Беляеву, датированной 5 марта 1993 г., председатель МБК Г. Беликов писал: "В обстановке катастрофического ухудшения состояния здоровья населения... имеют значение не только представленные в правительство официальные проекты, но и рассмотренные нами за последние годы более тридцати альтернативных научных программ... В лучшем случае эти программы выполняются в качестве местных, локальных, ведомственных, иногда - межведомственных, но ни одна из них не приобрела ранга государственной программы; как известно, до 1993 г. утверждены только три государственные программы в области медицины - по СПИДу (акад. В. Покровский), по вакцинопрофилактике (акад. С. Дроздов и Б. Семенов) и по лекарственной помощи населению (акад. А. Чучалин и Д. Харкевич). Еще шесть-семь программ утверждены в качестве так называемых госкомитетовских и имеют базовое государственное финансирование - программы по онкологии (акад. Н. Блохин и Н. Трапезников), кардиологии (акад. Е. Чазов), вирусологии (акад. Д. Львов), диабету - и все. Остальные программы влачат поистине жалкое, нищенское существование, как и остающиеся верными своему служебному долгу разрабатывающие эти программы специалисты. По нашим данным, этих целевых программ не 30 и не 60, а в целом по России более ста ".

Навстречу "серебряному веку"

Место бизнесу есть и в таких программах, как программы контроля внутрибольничной инфекции, инфекции в стоматологии, хирургической инфекции или программа по гриппу, хотя, казалось бы, какая тут коммерция? Во всех цивилизованных странах бизнес на заразных болезнях запрещен законодательно. Однако все из ста упомянутых программ не чисто научные, а научно-технические или научно-производственные. А там, где производство, где техническое обеспечение, - там и бизнес. Все программы распадаются на подпрограммы, те - на конкретные задачи. Отдельная четко очерченная производственная задача в рамках программы - вот точка приложения сил бизнесмена.
Одна из таких задач - промышленный выпуск так называемого препарата Власенко на основе патента N 2004254, выданного на изобретение "Способ получения обеззараживающего    средства". Препарат получают путем электролиза воды с помощью электродов из медно-серебряного сплава. Он представляет собой серебряно-медную композицию, а это почти то же самое, что ионизированный водный раствор серебра, или в обиходе хорошо известная серебряная вода.
Целебные свойства ее известны с незапамятных времен. Серебряная вода обладает бактерицидным, антисептическим, противовоспалительным действием. Она прекрасно работает при различных эпидемиях, прежде всего гриппа, хороша при грибковых поражениях кожи, помогает при аллергиях, диатезах. Ее употребление поднимает иммунитет, улучшает состояние кровеносной и лимфатической систем.
В СССР исследованиями медико-биологических свойств серебряной воды занимались академик АН Украины Кульский, такие ученые, как Чаплыгин, Моисеев, Мироненко. Известна книга Л. Кульского "Серебряная вода", известны его приборы. Однако официальное здравоохранение ее не признает. Мнение Минздрава о бесполезности серебряной воды, сформулированное аж в 1951 году, непоколебимо, как скала. Академик Кульский долго бился об нее и в конце концов отступил. Инженер-химик, кандидат химических наук Г. Власенко не отступает. Свою первую докладную о необходимости пересмотра отношения к серебряной воде он написал в 1978 году. За 16 лет минздравовская твердыня не подалась ни на миллиметр, а Власенко запатентовал изобретение, провел апробации и получил обнадеживающие результаты.
Доказано: его препарат снимает воспаления на слизистых, пригоден в хирургии для обработки операционного поля, находит применение в офтальмологии, гинекологии, стоматологии, при лечении венерических болезней, заболеваний желудочно-кишечного тракта. Власенко утверждает, что, если дать ему работать в полную силу, заболеваемость гриппом и ОРЗ можно будет уменьшить как минимум в 10 -15 раз. И это, видимо, самое главное, ибо вирус гриппа - поистине королевский вирус, с которым, по прогнозам авторитетов,  удастся справиться эдак через полвека.
Производство препарата экологически не опасно, не требует больших первоначальных затрат. "Стоимость препарата смехотворная, - говорит Власенко. - Даже при теперешних ценах порция для разовой обработки обойдется дешевле рубля". При соответствующей рекламе спрос на препарат должен быть большим, и не только со стороны лечебных учреждений и отдельных граждан. Толику серебряно-медного раствора полезно добавлять в питьевую воду при бутилировании. Им надо вооружать животноводов и ветеринаров. Апробации, и широкие, на 20-тысячном свином поголовье показали, что животные воспринимают серебряную воду гораздо лучше, чем антибиотики. Разрешение Главного ветеринарного управления Минсельхоза на. использование препарата имеется.

А     вот разрешения фармкомитета   нет  и, видимо,   не будет,  пока Минздрав не признает серебряную воду, а когда сие случится?.. Придется действовать в обход официальных инстанций. Для    этого есть основания. Скажем, прием азотнокислого серебра разрешен, а ведь в дозе последнего металла в 30-  50   раз больше, чем в препарате Власенко. Частичные апробации препарата проведены, засвидетельствованы врачами, подтверждены рацпредложениями отраслевого значения, описаны в специальной литературе. А если взглянуть на вещи шире, то апробация серебряной воды велась человечеством на протяжении веков, и с неизменным успехом.


Из яйца

Мы говорили о направлении, которое надо открыть. Поговорим теперь о том, что было открыто давно, но частично угасло. Его предстоит возродить и развить. Для этого, говорит доктор медицинских наук, профессор, заведующая проблемной научно-исследовательской лабораторией медицинской цитологии Российской медицинской академии последипломного образования (в прошлом - Центрального института усовершенствования врачей) Э. Щербакова, необходимы деньги и желание. Все остальное есть: патенты, технологии, рецептуры, обоснования, производственные площади, кадры. Емкость рынка подсчитана. Апробации состоялись. Разрешения надзорных органов получены. Медали и дипломы завоеваны. На соискание Государственной премии работа представлена. Еще СССР. Еще в 91-м.
Она называлась "Разработка и внедрение сухих биологически активных добавок (БАД) к детскому питанию, повышающих иммунобиологическую реактивность детского организма". БАД-1 и БАД-2, содержащие лизоцим и бифидум-бактерин, незаменимы для детей, находящихся на искусственном вскармливании, страдающих вторичными иммунодефицитами. В особенности же - для живущих в экологически неблагополучных зонах. А в первую  очередь - для проживающих на загрязненных Чернобылем территориях.
Промышленный выпуск БАДов должен был начаться на ПО "Восток" в Омутинске Кировской области. К концу 89-го был построен и сдан в эксплуатацию цех, подготовлено производство мощностью 700 тонн в год. Он так и не заработал. 15 марта 1993 г. вышло постановление правительства N 230 "Об организационных мерах по развитию индустрии детского и специального питания в Российской Федерации". Оно предписывало образовать межведомственную комиссию по детскому и специальному питанию, возложив координацию ее деятельности на тогдашнего первого зампреда В. Шумейко и федеральную контрактную корпорацию производителей детского и специального питания в форме АО открытого типа с размещением в Москве. Получили задания Минфин, Миннауки, МВЭС, Минздрав, Минэкономики, Госкомоборонпром. И что же? В Омутинске разливают водку.
Не начато на ПО "Восток" и производство лизоцима в потребном количестве - 7 тонн в год. Не начато оно и в Краснодарском крае, несмотря на предложение замминистра здравоохранения Н. Ваганова бывшему главе администрации края, ныне министру Н. Егорову. Как следует из письма (январь 1993 г.) зампредседателя госконцерна "Биопрепарат" В. Давыдова начальнику Главного управления развития индустрии детского питания Минсельхоза РФ П. Семеновой, "отдельными птицефабриками предпринимаются попытки приобрести за границей технологию, ноу-хау и оборудование, что поставит эти предприятия в длительную зависимость из-за необходимости делать валютные закупки компонентов... а также экспорта пищевого сырья в счет платы за технологию и оборудование", в то время как уже в 1991 г. опробована современная методика, позволяющая создать практически безотходную технологию и разработать промышленный модуль по получению лизоцима мощностью до тонны, который можно тиражировать и устанавливать на любой   птицефабрике.
На это, по мнению В. Давыдова, потребуется полтора года и миллион рублей (в ценах 1991 г.).
Лизоцим получают  из белка  куриных яиц (все остальное, вплоть     до скорлупы, идет в дело). Это природное биологически активное вещество, присутствующее в каждой клетке   тела, входящее   в состав   всех  его тканей и  жидкостей,     например пищеварительных соков и грудного молока. Основное назначение лизоцима  - поддерживать устойчивость организма, активизировать его защитные силы. Поэтому лизоцим используется в пищевой промышленности для обогащения продуктов детского, лечебного и диетического питания, в парфюмерной промышленности и косметологии (его добавляют в кремы). Применяется лизоцим в ветеринарии. Наконец, это замечательный лекарственный препарат.
Бельгийская фирма "Белово", которая, по выражению Э. Щербаковой, держит на лизоциме весь мир, сделала на нем миллиарды. В СССР исследования по лизоциму начаты в 30-х гг. знаменитым микробиологом профессором 3. Ермольевой. За полвека в работу вложено много средств, таланта и страсти. К ней причастны такие ученые, как академики Ю. Вельтищев и И. Блохина, профессора М. Ковригина и В. Гаврюшов, такие организаторы производства, как А. Кучмий и А. Власов, такие научные коллективы, как Центральный институт усовершенствования врачей, НИИ микробиологии и эпидемиологии им. Габричевского, Институт детского питания, ведущие клиники страны. Работа была важной составной частью программы "Дети Чернобыля". Отечественная школа имеет высокий международный авторитет - все работы профессора Щербаковой и ее коллег опубликованы за рубежом. Это даже не фундамент, который выдержит любую предпринимательскую инициативу, это готовое здание, только за последние годы обветшавшее.
Следует держать в уме то, что недавние исследования обнаружили новые свойства лизоцима. В сочетании с беталактамными антибиотиками он высокоэффективен при лечении инфекционно-воспалительных и гнойно-септических заболеваний различных органов и кожи, послеоперационных гнойных осложнений, менингита. А кроме того, лизоцим включает дополнительный механизм противоопухолевой защиты организма и может применяться в комплексном лечении онкологических больных.

Три соломинки

Одна из секций Медико-биологической комиссии пережила саму комиссию. Это секция онкологии, возглавляемая известным специалистом Л. Сысоевой - автором открытия злокачественной трансформации микроорганизмов, экспресс-метода выявления канцерогенов в окружающей среде, методов ранней диагностики и профилактики злокачественных новообразований. Секции покровительствовали вплоть до своего конца в октябре 93-го четыре комитета ВС Российской Федерации. В парламенте, как сообщил руководитель секции менеджмента МБК Ю. Тихомиров, был разработан проект Всероссийского противоракового центра, альтернативного по научным и лечебным подходам известному онкологическому центру академиков Блохина - Трапезникова. Подробно детализированный проект был подан в правительство. Надо ли говорить, что там он и остался?
15 марта Л. Сысоева выступила с двухчасовым докладом "Процесс дезинтеграции живых и неживых структур..." в Институте теоретических проблем РАН. Собрание сформулировало следующее предложение к правительству: для разработки и внедрения новых биомедицинских технологий, новых лекарственных форм и препаратов, построения эффективной системы борьбы с иммунодефицитными заболеваниями (рак, СПИД, медленные инфекции) целесообразно создать Российский центр новых технологий. Какая же связь между лечением рака и новыми технологиями? Оказывается, она существует. Проблема рака предстает сегодня частью колоссальной научно-практической проблемы дезинтеграции живых и неживых объектов и структур. Можно считать доказанным, что онкологические процессы сходны, например, с процессами получения принципиально новых строительных материалов в известных опытах таллинского профессора Хинта, что модели и методы дезинтеграции могут быть использованы для решения теоретических вопросов и прикладных задач, получения новых технологий для нужд народного хозяйства, обороны, медицины. Проблема дезинтеграции - это приоритетная проблема типа СОИ, кладущая начало гамме новых направлений в самых разных областях.
Понятно, что это проблема государственного, даже международного, а возможно, и глобального уровня. Кто будет ее решать? Государство? В этом Л. Сысоева справедливо сомневается, а бизнесу, полагает она, такой пласт не поднять.
И не надо. Ему     хватит конкретных задач - таких, как производство противоопухолевых препаратов. Мир напрягается в поисках лекарства против рака, а у нас оно найдено. И не одно, а целых три. И два из трех - давно.
Первое - аутовакцина А. Троицкой, созданная в 70-х гг. По опубликованным данным, применение аутовакцины для лечения раковых больных обеспечивает 36 % выздоровления при третьей стадии заболевания, у 53 % больных в четвертой стадии наступает стойкое улучшение с рассасыванием метастатических опухолей и частичным восстановлением работоспособности. Аутовакцина безвредна для организма, не вызывает осложнений.
Второе - препараты, разработанные в 60-х гг. А. И Б. Качугиными в русле семикарбазид-кадмиевой терапии рака. Они способствуют рассасыванию первичных опухолей и метастазов, активизируют жизнедеятельность здоровых тканей, обладают обезболивающим эффектом. Ими излечены сотни онкологических больных, считавшихся безнадежными. Многие живут по 20 -30 лет.
История аутовакцины и семикарбазид-кадмиевого метода - это, без всякой патетики, трагические страницы нашей медицины. В чем только не обвиняли их авторов - в шарлатанстве, знахарстве, идеализме. А. Троицкая, основательница целой научной школы, не могла печататься в специальной литературе, аутовакцину приходилось делать вручную в небольшой лаборатории, да и ту в конце концов закрыли. Троицкой уже нет в живых. Нет в живых и ученого, изобретателя А. Качугина, обладателя сотни авторских свидетельств в различных областях. Его жена Б. Качугина продолжает лечить людей, изготавливая препараты на кухне. Впрочем, как заметила Л. Сысоева, говорить про все это не хочется. Жаль только, что уходит время.
Наконец, лекарство номер три - витурид Т. Воробьевой. Заявка на это средство была подана в Институт патентной экспертизы в феврале 1989 г., в июле того же года экспертный совет АМН решил, что основанный на витуриде способ лечения онкологических заболеваний имеет полное техническое и научное обоснование. Клинические испытания проводились на Украине в 1991 году. По их результатам Киевский НИИ фармакологии и токсикологии дал заключение о противоопухолевой активности препарата, превышающей стандарты СССР и США в 10 раз при нулевой токсичности. Под действием витурида опухоли перерождаются в доброкачественные, регрессируют, рассасываются. 18 февраля 1992 г. вице-премьер А. Шохин подписал распоряжение, обязывающее Минздрав и АМН способствовать Воробьевой "в проведении необходимых исследований". В октябре того же года клинические испытания препарата начались в Карелии. И здесь получены обнадеживающие результаты. Оказалось, что витуриду поддается не только рак, но и псориаз, герпес, артриты, язвы, сальмонеллез. Теоретически подтверждена возможность борьбы с вирусом СПИДа.
Этап исследований и испытаний еще не закончен, но есть ли на это средства у Минздрава? Пробиться к министру Э. Нечаеву Т. Воробьевой удалось, и он обещал ей поддержку. Будто бы   Минздрав даже развернул подготовку к промышленному производству витурида. Такая информация есть. Но есть и другая, уже без всяких "будто". В сентябре 1992 г. Воробьева подала заявки на патентование витурида и способа лечения в США. И тут же получила свидетельство о приоритете, известие о патронаже работы со стороны правительства США и приглашение в один из госпиталей Сан-Франциско. Но никаких иллюзий насчет благотворительности американцев питать не следует. Условия "помощи" они сформулировали жестко: права на использование витурида после апробации переходят к ним. Онкология - очень прибыльный бизнес, месячный курс лечения рака стоит в Штатах от 30 до 300 тысяч долларов. Витурид обещает принести миллиарды.
От такого рода помощи Воробьева отказалась. Она основала в США собственную внедренческую фирму. И в этом деле ей наверняка нужна настоящая помощь.
А вот производство препаратов Троицкой и Качугиных можно начать немедленно. В России. Разработаны технологии, опробованы методики. Не нужно строить заводы - достаточно нормальных микробиологических лабораторий. Еще лучше и не намного сложнее организовать научно-производственный центр с амбулаторным лечением. Разрешения фармкомитета на применение этих вакцин, разумеется, нет, но тут уж не до соблюдения формальностей. Если рак становится настоящей эпидемией, если официально признанные хирургические, химиотерапевтические и лучевые методы практически бессильны, если впустую тратятся миллиарды, нужно хвататься за любую соломинку...

Не забудьте про овраги

Пример с витуридом еще раз показывает, что надеяться на партнерское участие Запада в реализации наших разработок наивно. И покупать у нас лицензии Запад отнюдь не собирается. Интерес зарубежного бизнесмена в том, чтобы за какие-то центы или просто за посулы вытащить из отчаявшегося российского изобретателя технологию и сказать ему "гуд бай". Когда же сие не удается, интерес мгновенно испаряется.
Но российский изобретатель все еще ищет богатого и делового американца, немца, француза. А что ему остается?.. Сейчас руководитель секции теоретических проблем медицины МБК, кандидат медицинских наук В. Ткаченко пытается привлечь одну американскую фирму к производству гибридомы и питательных сред на растительных белках. Гибридома - это биологический препарат, который, будучи приживлен в поджелудочную железу, начинает вырабатывать инсулин, а в костный мозг - кровяные тельца. С помощью гибридомы можно выращивать трансплантаты, например роговицу глаза. Гибридома позволит найти новые подходы к лечению диабета, гемофилии, лучевой болезни, тяжелых ожогов. Ничего подобного в мире нет, это - открытие Ткаченко. Глупо дарить его загранице.
Глупо дарить и новую технологию питательных сред. Они используются для выращивания различных микробов, нужных потом для производства препаратов, продуктов и прочего, для научных исследований, для нормальной работы больниц и санитарно-эпидемиологических служб. Потребность в этих средах - сотни тонн в год, чтобы удовлетворить ее, необходимо настоящее многопрофильное производство. Его проект лежит без движения с 1974 г., со времени принятия постановления АМН СССР об организации НИИ технологии питательных сред. Тогда у государства не нашлось денег. Сегодня они могут найтись у предпринимателей. Тогда проект составил В. Ткаченко. Сегодня он готов извлечь его из архивов и возглавить реализацию.
В числе прочего она включает организацию финансирования и организацию работ. Первое - задача бизнесмена. Со вторым сложнее. Вообще говоря, работу должен возглавлять тот, кому больше всех надо. А это, как правило, автор идеи или технологии. Кроме того, технология имеет свойство саморазвиваться, самосовершенствоваться, а финансист, напротив, склонен ее упрощать в целях удешевления. В случае медицинских технологий это недопустимо. Поэтому, если бизнесмен способен воспринять идею во всем объеме, со всеми нюансами, способен стать не только менеджером и коммерсантом, но и мотором дела, он вправе сам руководить внедрением и производством. Если нет - он должен уступить руководство ученому. Ситуация потенциально конфликтная: бизнесмену, уверенному во всемогуществе денег, могут не понравиться амбиции автора. Однако ясно, что гибридома "не пойдет" без В. Ткаченко, лизоцим - без Э. Щербаковой, витурид - без Т. Воробьевой, а препарат Власенко - без него самого.
Конфликт "бизнесмен - автор" неприятен, но не смертелен. Возможны конфликты похуже. Нужно настраиваться на серьезное сопротивление промышленников-фармацевтов. Вряд ли производители антибиотиков придут в восторг от  появления дешевой серебряной воды, вряд ли изготовители страшных ядов, используемых в химиотерапии рака, обрадуются безвредной аутовакцине Троицкой. Еще ожесточеннее будут сопротивляться отечественные лоббисты интересов инофирм, практически завоевавших российский лекарственный рынок. А это не только разномастные представители - дистрибьюторы, но и многочисленные чиновники от здравоохранения.
Сколь ни велики были бы трудности  (а они велики), любая дорога начинается с первого шага. И если нам суждено спастись, то обязательно найдутся люди, которые сделают этот шаг, и структуры, которые возьмут на себя задачу спасения. Для ее решения необходимы совместные действия государства и бизнеса. Когда что надо делать, определяет государство, а как делать - бизнес. Мировой опыт показывает, что государственные программы по здравоохранению финансируются и успешно выполняются частными фирмами - с пользой для себя и для общества. Вот почему наследниками Медико-биологической комиссии должны стать и власть, и бизнес.
1994